Вспышка слева: удивительная история фанатской культуры Марселя. Часть 1 Вспышка слева: удивительная история фанатской культуры Марселя. Часть 1 #PPS - о неизвестных героях «Велодрома». Практически в каждой большой стране есть город, который как бы негласно оппонирует официальной столице. Мадрид и Барселона, Рим и Неаполь, Москва и Питер - примеров можно найти сколько угодно. Во Франции же такими антиподами являются Париж и Марсель. Они различны во всем. На протяжении столетий Париж притягивал к себе аристократию и просто людей с деньгами, а вот портовый Марсель населялся преимущественно мигрантами и рабочим классом. Неудивительно, что именно на улицах главного города Прованса впервые спели Марсельезу - южане были в авангарде Великой французской революции, отправившей на свалку истории королей, знать и прочих власть имущих. В ХХ веке противостояние Парижа и Марселя перенеслось и на футбольные стадионы. «Ле Классико» - так называют во Франции матчи между «ПСЖ» и «Марселем», и у этих игр традиционно крупнейшая телеаудитория во всем чемпионате - вне зависимости от того, кто в какой форме к ним подходит. Север против Юга - это всегда главное блюдо Лиги 1. Последние годы атмосфера на играх «ПСЖ» и «Марселя» так накалена, что фанатов парижан даже не пропускают на «Велодром», а провансальцам не продают билеты на «Парк де Пренс» - во избежание разного рода конфликтов. И это разумно, ведь противоречия между марсельскими и парижскими болельщиками непреодолимы: пока в столице, как и большинстве французских городов, заправляют националистические фирмы, на Юге буйным цветом расцвело левое движение. *** Большинство фанатских фирм «Марселя» сформировались еще в 80-е годы. Естественно, все они придерживаются левой идеологии. Старейшие группировки «Центральный клуб болельщиков» и «Клуб друзей Олимпик Марсель» настолько уважаемы, что им разрешено рассаживаться по всему стадиону, где пожелают. «Коммандо Ультра'84» и «Южные победители» располагаются за южными воротами - на трибуне им. Шевалье Розе - врача, спасшего много жизней во время эпидемии чумы в XVIII веке. Фото - leparisien.fr Прямо напротив их, за северными воротами, болеют «Плуты», «Фанатики», «Могучие» и «Северные янки». Эта трибуна официально носит имя Рэя Грасси, местного боксера, трагически погибшего во время боя в 50-е, но фанаты называют ее «Патрис де Перетти» в честь одного из самых знаменитых болельщиков 80-90-х. Наконец, на крупнейшей трибуне Велодрома, названной в честь велосипедиста Виктора Гане, располагаются пацифисты из «Фан-клуба Ганди». У фанатов «Марселя» почти нет друзей в Европе - все-таки, фанатское движение преимущественно правое, и леваков из Прованса недолюбливают даже в самой Франции. С другой стороны, даже антагонисты из Парижа признают - атмосфера на «Велодрома» всегда на уровне. Отсюда и сокращенное название стадиона - «Le Vel» - уровень по-английски. Огромное количество фанатов на трибунах всегда обеспечивало «Марселю» неприятности за пределами поля. Например, «Коммандо Ультра'84» временно оказались под запретом на Велодроме в 80-е из-за своего маскота - «мертвой головы». «Южные победители», в свою очередь, неоднократно попадали под горячую руку неонацистов из Парижа - «Булоньских копов». Оно и неудивительно - в «Победители» шли преимущественно парни из левой активистской среды, которые использовали футбольные матчи для донесения своих взглядов. Однажды они даже притащили на «Парк де Пренс» десятки баннеров с текстом «Все люди равны», «Нет расизму» и прочее в этом роде. Добраться домой после этого им было нелегко. Именно в такой среде вырос и возмужал Патрис де Перетти - легенда фанатского движения Марселя. Основатель фирмы «Могучие», он с 17 лет посещал матчи провансальцев голым до пояса - даже когда градусник показывал -10. На трибунах ДеПе был живой легендой, и когда в 1993-м «Марсель» выиграл Лигу чемпионов, боссы клуба разрешили поднять Кубок над головой и ему тоже. Фото - ouest-france.fr Перетти умер в 2000 году, но его дело живет, и «Могучие» с голым торсом, исписанным левацкими лозунгами, до сих пор остаются непременным атрибутом домашних игр южан. *** В разные годы в «Марселе» боссы клуба то дружили, то ругались с ультрас. В наибольшем почете у фанатов был и остается Бернар Тапи - президент, подаривший Велодроме Кубок чемпионов. Его авторитет лишь вырос после обвинений в подкупе судей и дисквалификации - став объектом гонений, Тапи словно породнился с болельщиками. А вот Мишель Русье в свое время пошел против фанатов - и дело обернулось его отставкой. Планы президента по радикальной смене клубной эмблемы и цветов не встретили понимания у фирм, которые выкупали тысячи билетов, но на трибунах не появлялись, демонстрируя отвращение политикой руководства. Пал жертвой борьбы с непокорными трибунами и Кристоф Буше, а вот его наследники по большей мере старались держать баланс и не гневить фанатов. Тем более, что к 2010 году «Марсель» превратился из главной команды Франции в эдакий погрязший в долгах клубок противоречий, направлявшийся невесть куда. Фанаты и неимоверная атмосфера «Велодрома» оставались едва ли не последними предметами гордости некогда непобедимого клуба. К этому привело печальное руководство уроженки Питера Маргариты Луи-Дрейфус и президента клуба (а по одной из версии и любовника собственницы) Венсана Лабрюна. Россиянка совершенно не вникала в дела клуба, доставшегося ей от умершего мужа, и даже не заметила, как «Марсель» захватили коррупционеры и мафиози. Пик их могущества пришелся на время работы на посту спортивного директора Жозе Аниго - Дидье Дешам потом рассказывал, что боссы мафии порой приходили к тому прямо в кабинет. Они курировали всех лучших молодых игроков; клуб подписывал только тех футболистов, которые были на контракте у «нужных» агентов; почти в каждую сделку закладывая внушительный откат. Фото - lefigaro.fr Естественно, это привело к катастрофе. Увидев, насколько плохи дела, Марсело Бьелса смылся в 2015-м. За ним ушли и лидеры команды - Андре Айю, сын легенды «Велодрома» Абеди Пеле; будущий герой Евро-2016 Димитри Пайет; прирожденный бомбардир и нынешняя суперзвезда мексиканского чемпионата Андре-Пьер Жиньяк. Как результат, в сезоне-2015/16 «Марсель» занял лишь 13-е место в лиге, вплоть до последних туров борясь за выживание. Единственными, кто не бросил клуб в тот момент, были фанаты. Даже в том отвратительном сезоне средняя посещаемость «Велодрома» превысила 42 тысячи человек. Кто знает, может, именно такая поддержка вопреки всему позволила Миши Батшуайи выдать лучший сезон в карьере, после которого его за 40 млн евро забрал «Челси». Если бы не эта сделка, «Марсель» еще летом 2016-го был бы объявлен банкротом и сослан в седьмой дивизион, как это случалось с «Арль-Авиньоном», «Бастией», «Эвианом» и другими клубами французского Юга… Продолжение следует…
83 @Роман Синчук
Фото - lavoixdunord.fr

Вспышка слева: удивительная история фанатской культуры Марселя. Часть 1

#PPS — о неизвестных героях «Велодрома».

Практически в каждой большой стране есть город, который как бы негласно оппонирует официальной столице. Мадрид и Барселона, Рим и Неаполь, Москва и Питер — примеров можно найти сколько угодно. Во Франции же такими антиподами являются Париж и Марсель.

Они различны во всем. На протяжении столетий Париж притягивал к себе аристократию и просто людей с деньгами, а вот портовый Марсель населялся преимущественно мигрантами и рабочим классом. Неудивительно, что именно на улицах главного города Прованса впервые спели Марсельезу — южане были в авангарде Великой французской революции, отправившей на свалку истории королей, знать и прочих власть имущих.

В ХХ веке противостояние Парижа и Марселя перенеслось и на футбольные стадионы. «Ле Классико» — так называют во Франции матчи между «ПСЖ» и «Марселем», и у этих игр традиционно крупнейшая телеаудитория во всем чемпионате — вне зависимости от того, кто в какой форме к ним подходит. Север против Юга — это всегда главное блюдо Лиги 1.

Последние годы атмосфера на играх «ПСЖ» и «Марселя» так накалена, что фанатов парижан даже не пропускают на «Велодром», а провансальцам не продают билеты на «Парк де Пренс» — во избежание разного рода конфликтов. И это разумно, ведь противоречия между марсельскими и парижскими болельщиками непреодолимы: пока в столице, как и большинстве французских городов, заправляют националистические фирмы, на Юге буйным цветом расцвело левое движение.

***

Большинство фанатских фирм «Марселя» сформировались еще в 80-е годы. Естественно, все они придерживаются левой идеологии.

Старейшие группировки «Центральный клуб болельщиков» и «Клуб друзей Олимпик Марсель» настолько уважаемы, что им разрешено рассаживаться по всему стадиону, где пожелают. «Коммандо Ультра’84» и «Южные победители» располагаются за южными воротами — на трибуне им. Шевалье Розе — врача, спасшего много жизней во время эпидемии чумы в XVIII веке.

Корео фанатов Марселя
Фото — leparisien.fr

Прямо напротив их, за северными воротами, болеют «Плуты», «Фанатики», «Могучие» и «Северные янки». Эта трибуна официально носит имя Рэя Грасси, местного боксера, трагически погибшего во время боя в 50-е, но фанаты называют ее «Патрис де Перетти» в честь одного из самых знаменитых болельщиков 80-90-х.

Наконец, на крупнейшей трибуне Велодрома, названной в честь велосипедиста Виктора Гане, располагаются пацифисты из «Фан-клуба Ганди».

У фанатов «Марселя» почти нет друзей в Европе — все-таки, фанатское движение преимущественно правое, и леваков из Прованса недолюбливают даже в самой Франции. С другой стороны, даже антагонисты из Парижа признают — атмосфера на «Велодрома» всегда на уровне. Отсюда и сокращенное название стадиона — «Le Vel» — уровень по-английски.

Огромное количество фанатов на трибунах всегда обеспечивало «Марселю» неприятности за пределами поля. Например, «Коммандо Ультра’84» временно оказались под запретом на Велодроме в 80-е из-за своего маскота — «мертвой головы». «Южные победители», в свою очередь, неоднократно попадали под горячую руку неонацистов из Парижа — «Булоньских копов». Оно и неудивительно — в «Победители» шли преимущественно парни из левой активистской среды, которые использовали футбольные матчи для донесения своих взглядов. Однажды они даже притащили на «Парк де Пренс» десятки баннеров с текстом «Все люди равны», «Нет расизму» и прочее в этом роде. Добраться домой после этого им было нелегко.

Именно в такой среде вырос и возмужал Патрис де Перетти — легенда фанатского движения Марселя. Основатель фирмы «Могучие», он с 17 лет посещал матчи провансальцев голым до пояса — даже когда градусник показывал -10. На трибунах ДеПе был живой легендой, и когда в 1993-м «Марсель» выиграл Лигу чемпионов, боссы клуба разрешили поднять Кубок над головой и ему тоже.

Фанаты Марселя на трибунах
Фото — ouest-france.fr

Перетти умер в 2000 году, но его дело живет, и «Могучие» с голым торсом, исписанным левацкими лозунгами, до сих пор остаются непременным атрибутом домашних игр южан.

***

В разные годы в «Марселе» боссы клуба то дружили, то ругались с ультрас. В наибольшем почете у фанатов был и остается Бернар Тапи — президент, подаривший Велодроме Кубок чемпионов. Его авторитет лишь вырос после обвинений в подкупе судей и дисквалификации — став объектом гонений, Тапи словно породнился с болельщиками.

А вот Мишель Русье в свое время пошел против фанатов — и дело обернулось его отставкой. Планы президента по радикальной смене клубной эмблемы и цветов не встретили понимания у фирм, которые выкупали тысячи билетов, но на трибунах не появлялись, демонстрируя отвращение политикой руководства.

Пал жертвой борьбы с непокорными трибунами и Кристоф Буше, а вот его наследники по большей мере старались держать баланс и не гневить фанатов. Тем более, что к 2010 году «Марсель» превратился из главной команды Франции в эдакий погрязший в долгах клубок противоречий, направлявшийся невесть куда. Фанаты и неимоверная атмосфера «Велодрома» оставались едва ли не последними предметами гордости некогда непобедимого клуба.

К этому привело печальное руководство уроженки Питера Маргариты Луи-Дрейфус и президента клуба (а по одной из версии и любовника собственницы) Венсана Лабрюна. Россиянка совершенно не вникала в дела клуба, доставшегося ей от умершего мужа, и даже не заметила, как «Марсель» захватили коррупционеры и мафиози. Пик их могущества пришелся на время работы на посту спортивного директора Жозе Аниго — Дидье Дешам потом рассказывал, что боссы мафии порой приходили к тому прямо в кабинет. Они курировали всех лучших молодых игроков; клуб подписывал только тех футболистов, которые были на контракте у «нужных» агентов; почти в каждую сделку закладывая внушительный откат.

Баннер фанатов Марселя в честь Бернара Тапи
Фото — lefigaro.fr

Естественно, это привело к катастрофе. Увидев, насколько плохи дела, Марсело Бьелса смылся в 2015-м. За ним ушли и лидеры команды — Андре Айю, сын легенды «Велодрома» Абеди Пеле; будущий герой Евро-2016 Димитри Пайет; прирожденный бомбардир и нынешняя суперзвезда мексиканского чемпионата Андре-Пьер Жиньяк.

Как результат, в сезоне-2015/16 «Марсель» занял лишь 13-е место в лиге, вплоть до последних туров борясь за выживание. Единственными, кто не бросил клуб в тот момент, были фанаты. Даже в том отвратительном сезоне средняя посещаемость «Велодрома» превысила 42 тысячи человек. Кто знает, может, именно такая поддержка вопреки всему позволила Миши Батшуайи выдать лучший сезон в карьере, после которого его за 40 млн евро забрал «Челси».

Если бы не эта сделка, «Марсель» еще летом 2016-го был бы объявлен банкротом и сослан в седьмой дивизион, как это случалось с «Арль-Авиньоном», «Бастией», «Эвианом» и другими клубами французского Юга…

Продолжение следует…