9 октября 1999 года состоялся один из самых трагических матчей в истории российского футбола – ничья с Украиной в «Лужниках» и тот самый «гол Александра Филимонова».

10 лет назад в еженедельнике «Советский спорт – Футбол» мне пришла в голову идея сделать в новогоднем номере совместное интервью с лучшими вратарями России рубежа веков – Александром Филимоновым и Русланом Нигматуллиным.

Филимонов тогда играл за ташкентский «Локомотив», а Нигматуллин, попробовав себя в чемпионате Израиля (в «Маккаби Ахи»), решил завершить карьеру.

Договорились, встретились в редакции. Несмотря на ходившие разговоры о натянутых отношениях между вратарями еще со времен их конкуренции в «Спартаке», встреча прошла очень тепло – гостям было что вспомнить.

Естественно, речь не могла не зайти о приснопамятном матче с Украиной, когда Нигматуллин был в запасе сборной, а Филимонов пропустил тот самый мяч от Шевченко.

— Про ваш гол Украине Романцев говорил, указывая наверх: «Саша не виноват. Это Там так решили».

Филимонов: Не знаю, может быть. Судьба, еще что-то. Но я после Украины, буквально через несколько дней отыграл «на ноль» решающий матч чемпионата с «Локомотивом», никто мне ничего не говорил, не «поливал», на ошибке внимания не концентрировал. Вся возня в газетах началась только спустя полгода. Что послужило причиной? Опять же — не знаю. Наверное, настолько глубокий анализ делали, что до лета пришлось выводов ждать.

— Руслан, а у вас были хоть какие-то шансы сыграть в том матче с Украиной?

Нигматуллин: Никаких! Это был мой первый вызов в сборную. Саша на тот момент был твердым первым номером «Спартака» и сборной. Играл здорово! Я же на первой тренировке, буквально через пятнадцать минут после ее начала, «задохнулся» и действительно выглядел слабо. Романцев требовал сразу включаться в работу, а мне нужна была хорошая разминка, постепенное вкатывание. Думаю, он тогда вообще пожалел, что меня в сборную вызвал.

— Гол Шевченко откуда наблюдали?

— Из-за ворот. Сразу понял, что Сашу может ожидать дальше.

Филимонов: Вся страна считает, что после той ошибки я сломался. Но, подождите, разве сейчас, сидя перед вами, я похож на человека, убитого горем, запуганного, неуверенного в себе?

Нет, таким Филимонов точно не выглядел.

А в апреле 2014-го мне довелось пообщаться с легендарным администратором «Спартака» Александром Хаджи, который в 1999-м работал еще и в сборной. Вот его версия случившегося тогда в «Лужниках».

— Что было в раздевалке после матча?

– Не знаю, я туда не пошел – так расстроился. В ВИП-зале напился.

– Есть версия, почему Филимонов тот мяч от Шевченко пропустил – когда все за день до матча в церковь поехали, только он в храм не зашел.

– У меня другая версия, врач команды рассказывал. Саша с пятнадцати лет, еще со школы, был влюблен в свою будущую жену, обожал ее. А она все никак не могла от него родить. У него появилась новая подруга, что-то у них там было. И получилось, что осенью 99‑го и жена забеременела, и подруга. Представляете состояние?! Вратари же вообще другой душевной организации, все переживают. Если бы Романцеву рассказали, он бы поставил Нигматуллина – и, глядишь, ничего бы не случилось.

Наконец, минувшим летом свое мнение о «голе Филимонова» и слухах о том, что Валерий Лобановский предложил вратарю «Спартака» место в киевском «Динамо», если он поможет сборной Украины, высказал Олег Романцев: «Да бросьте вы ерундой заниматься! Парень просто ошибся, больше всех переживал потом. Хотя если бы я не знал Филимонова, то точно подумал бы, что он специально с украинцами мяч выпустил…».

Вот такой он – этот мистический матч, окутанный легендами. Вечная боль российского футбола и крест вратаря Александра Филимонова.