Борода во время плей-офф, кстати, считается примером самопожертвования. Игры проходят в мае и июне, когда в Северной Америке уже весьма жарко, поэтому ее ношение – занятие не из приятных, а под шлемом – тем более. Помимо отращивания бороды в НХЛ существует масса других суеверий и примет. В книге «Хоккейные суеверия» канадский историк хоккея и журналист Эндрю Подниекс рассказывает о некоторых из них.

Если вы коснетесь Кубка, прежде чем выиграть его, забудьте об обладании им – вы никогда этого не добьетесь.

Существует суеверие, о котором никогда не говорят, но оно все равно существует. Если коротко, то игроки никогда не носят номеров хоккеистов, которые умерли во время профессиональной карьеры. Тут переплетаются суеверие и уважение. Вообще, скейтеры не любят менять номера: когда Фила Эспозито обменяли из Бостона в Рейнджерс его семерка была занята, поэтому он просто удвоил ее – 77. Это не единственный такой пример.

Клюшки волнуют игроков больше остальной экипировки, и с ними связано много игровых ритуалов. Джо Нуиндайк посыпал ее детской присыпкой перед каждой игрой. Даниэль Бриер разговаривал со своей клюшкой, а Венсан Лекавалье не позволял своей коснуться земли.

Во время предматчевой раскатки и разминки команды теперь взаимно соглашаются никогда не кидать шайбу в ворота соперника (там часто нет вратаря).

Спросите любого игрока, и он скажет вам, что одевается либо слева направо, либо справа-налево. То есть, левый щиток, правый щиток. Левый налокотник, правый налокотник. Левый конек, правый. Всё слева направо (или справа налево). Одеваясь определенным образом, хоккеист чувствует себя максимально комфортно, и это, в свою очередь, позволит ему сыграть на пределе возможностей. В этом суть всех суеверий. (Гретцки, к примеру, одевался слева направо).

Главная заморочка Сидни Кросби – его клюшки. Как только он обмотал их и поставил на место, никто не может их трогать. Если кто-то прикасается к ним, он снимает изоленту и всё переделывает.

Можно также пожалеть его маму. Кросби отказывается разговаривать с ней в игровой день, потому что каждый раз, когда он это делал в прошлом, он проигрывал. А еще всякий раз, когда командный автобус проезжает железнодорожный переезд, Кросби поднимает ноги и касается ими окна. Поди пойми.

Картинки по запросу crosby mother
ctvnews.ca

Крис Челиос всегда должен был быть последним одевшимся игроком перед выходом на лед. А Евгений Малкин после раскатки должен напоследок обязательно «подстрелить» шайбой ногу тренера Криса Стюарта. Как и все приметы, эта иррациональна – разок сработала, и теперь Жене не можется, если он не запустит шайбой в Стюарта.

Тренер-легенда Скотти Боумен славился тем, что был чрезвычайно суеверным и часто носил одно и то же каждый день во время победной серии команды, но немедленно всё менял после поражения.

В ночь перед игрой Яромир Ягр любит выпить стакан молока и съесть печенья, чтобы успокоиться. Уэйн Гретцки перед игрой выпивал серию из четырех напитков в определенном порядке: диетическая кока-кола, ледяная вода, энергетик Gatorade и вторая диетическая кола. А во время игры на протяжении всех 20 его сезонов в НХЛ у него была привычка заправлять свитер на спине только с правой стороны. Фил Эспозито всю карьеру отыграл в черной водолазке, надетой задом наперед.

Легендарный Бобби Орр любил носить одни и те же гамаши – нестиранные – пока он не забивал гола. Ему также было необходимо коснуться каждого игрока команды перед игрой. В раздевалке он обходил и похлопывал каждого товарища по команде по плечу или по руке на удачу. Еще у него была другая привычка, которая можно считаться или суеверием, или стратегическим приемом. Он обматывал свою клюшку особым образом, используя только один оборот черной изоленты на несколько дюймов от кончика крюка. Эта полоса работала как прицел, помогая Орру контролировать шайбу.

Другая легенда канадского хоккея, Жак Плант, был не только новатором вратарского мастерства, но и весьма эксцентричной личностью. Одним из его способов расслабиться – было вязание% привычка, которой он не стеснялся.

Вратарь Патрик Руа считал стойки ворот своими лучшими друзьями. Он говорил с ними, полагая, что они определяют разницу между победой и поражением. Кипер также избегал кататься по всем линиям на льду (то есть, синие линии, красные линии), а еще он писал имена трех своих детей на клюшках на удачу.

Анатолий ПЕСКОВ