​Бразилия и Марадона: две мистических страсти советских болельщиков

www.globallookpress.com

​Бразилия и Марадона: две мистических страсти советских болельщиков

Руслан Мармазов вспоминает, как узнавали, болели и сопереживали латиноамериканским сборным и отдельным личностям в советскую эпоху нашей истории.

Пусть свободолюбивая молодежь не удивляется, но у «железного занавеса», которым в свое время был в меру надежно прикрыт Советский Союз, имелось множество полезных качеств. Понятно, что он несколько затруднял доставку на 1/6 часть суши всякой закордонной всячины. Но правильные явления все равно ведь доходили до прекрасных советских граждан. А вот всякое непотребство, худо-бедно, но отсеивалось. Так что, не занавес это был на само-то деле, а защитное сито-решето, фильтр, не совершенный, конечно, но все одно – ладно сбитый.

Животворящие ножницы цензуры

Согласитесь, как бы там ни было, а, скажем, музыку «Битлз» в СССР слушали за милую душу. Фильмы пристойные, французские, итальянские, скажем, или американские даже, в кинотеатрах крутились на радость отдыхающей от трудов праведных публике.

Да, к прокату допускалось не все, с порнухой и расчлененкой, поделками вражескими, идеологически вредными было откровенно туго. А что допускалось к просмотру, тоже слегка купировалось. И знаете, что я вам скажу? Потом, когда занавес рухнул, появилась возможность увидеть те же фильмы в полной версии. Так вот, выяснилось, что почиканные бестрепетными ножницами советской цензурой ленты иностранных кинематографистов были динамичней, интересней и без скудоумных пошлостей.

Футбольная информация, имена планетарных героев игры в мяч в СССР тоже были распрекрасно известны. Занавес им был нипочем. Не стану спорить, сведения до наших широт добирались не так стремительно и не в таком беспримерном количестве, как нынче. Правда, и технологии тогда находились на ином уровне развития.

Края непуганых пап

Все самое лучшее волшебным образом просачивалось сквозь железный фильтр, так ловко пристроенный на границе между ареалом обитания нормальных (советских) людей и западной беспредельщиной.

Скажем, надо ли знать все, причем, досконально, о пестром латиноамериканском футболе? Специалистам и повернутым на этой тематике фанатам – вполне вероятно. Может быть, обязательно даже. Здоровому футбольному болельщику – факультативно. И только самое лакомое, гурманистое.

В Советском Союзе примерно так и было. Скажем, о существовании футбола в Чили люди знали. Но на него бросал зловещую тень генерал Пиночет, а пересечения маршрутов сборных по злой иронии судьбы ничего хорошего не сулили. Об Уругвае полагалось помнить, что это двукратные чемпионы мира, но в такие давние, почти ветхозаветные времена, что ими разве что археологам интересоваться впору. О Колумбии, Эквадоре, Венесуэле есть смысл вежливо промолчать.

Тему Суринама в свое время, правда, это уже были 80-е годы, раз и навсегда открыл и тут же закрыл замечательный Владимир Перетурин, сообщив, что там проживают крайне полезные для футбола отцы. Отцы из Суринама – это шикарный мем. Но не более того.

Параллельное созвездие

Другое дело – Бразилия. Эта далекая экзотическая страна, здоровенная, кстати сказать, пользовалась в СССР устойчивой и даже какой-то иррациональной симпатией только из-за кудесников мяча. А из-за чего же еще? Наличие в Бразилии талантливых футболистов - это был не просто самый яркий факт из тамошней действительности, но вообще то, совсем немногое, что широкие массы знали о тех краях и населявшем ее пестром народе.

В какой-то момент, спасибо донне Розе Дальвадорес, забавно слепленной Александром Калягиным, добавилось еще одно сакральное знание – в Бразилии много-много диких обезьян (они как прыгнут!). Что еще надо, чтобы полюбить Бразилию?

Серьезно подозреваю, что восхождение бразильских футболистов на макушку мировой и мирской славы, а также рост их популярности в Стране Советов – были процессами параллельными и синхронными. Так уж случилось, что первое участие сборной СССР в финальной части Чемпионата мира и дебютное планетарное чемпионство команды Бразилии пришлись на 1958 год. Тогда в Швеции наши команды даже оказались в одной группе, причем, обе вышли в следующую стадию состязаний, технично бортанув англичан и австрийцев.

Советская сборная довольствовалась игрой в четвертьфинале с хозяевами газона, которые победили, а потом и до финала дошли, где были биты бразильцами с юным, но уже гениальным Пеле. На фоне того потрясающего созвездия мастеров он, тем не менее, начинал светиться особым светом. Все шведские авансы Пеле подтвердил сполна.

СССР был страной перфекционистов. В смысле, всегда хотели быть лучшими, первыми. Но временами наши доморощенные перфекционисты мутировали в перфециофигистов. То есть, желалось, чтобы по высшему классу, а там уж, как вышло – да и фиг с ним. Каждый турнир, начиная с самых первых с нашим участием, от сборной СССР болельщики ждали выдающейся игры. Когда, не получалось (а такое бывало не так редко), они быстро злились, еще стремительней все прощали, и снова обожали свою команду.

А времена, о которых шла речь чуть выше, были особенными. Команда СССР, да, без медалей, но дебютировала на ЧМ-58. Через пару лет, в 1960 году, и вовсе выиграла первый в истории Чемпионат Европы.

Ощущаете? Когда бразильцы были очаровывающими всех и вся впервые для себя действующими чемпионатами мира, команда СССР была лучшей в Европе. Это хороший момент для обоюдной симпатии. К тому же, потом получилась дружба, или, во всяком случае, особые позитивные отношения у их главной звезды – Пеле, и у нашего былинного богатыря – Яшина. Так и пошло, пошло, пошло…

Так еще и великий Владимир Фесуненко заставил своими книжками «Пеле, Гарринча, футбол» и «Чаша «Мараканы» бредить Бразилией всякого советского мальчишку, тяготеющего к игре в мяч. Да и взрослых мужиков тоже, уж будьте благонадежны, в не меньшей степени. Болельщик, не имеющий у себя на полке или, на худой конец, не бравший «на почитать» у друзей эти томики, затасканные до дыр, был и не вполне полноценным, что ли, для футбольной общественности человеком. Добавим к этому легендарный документальный фильм «Это Пеле»… В общем, не могли в СССР не любить бразильский футбол, если бы и хотели даже. Так особо и не хотели не любить.

Менялись поколения. А наши люди за бразильцев не болели только, когда те играли против СССР, а позже – России. Да и то, пусть не болели, но и злобным желанием порвать в лоскуты, как немчуру поганую, например, не исходили.

Аргентинский озорной гуляка

Был только один человек, способный нарушить монополию советской страсти к бразильскому футболу. Имя ему – Диего Армандо Марадона. Грандиозный, небывалый маэстро, виртуоз игры, отчаянный хулиган и повеса, безбашенный прожигатель жизни и для всех свойский парень! Классово близкий, хотя и миллионер в свое время.

Только он мог позволить своей нахальной «рукой бога» ухватиться на футбольную корону, которая, как казалось, на все времена была наглухо натянута на голову Пеле. Тоже, кстати, из низов вышедшему, тоже миллионеру.

Казалось бы, а вот за что этого-то любить? Марадону? Ведь, прямо скажем, не самый безупречный образец «хомо сапиенс». Во всяком случае, в идеалы для воспитания подрастающего поколения годится слабо. А для культа – запросто.

В Аргентине есть даже Церковь Марадоны, если честно, несколько кощунственная. В наших краях до такого, понятно, не дошли. У здешней общенародной симпатии корни иные. Любят у нас бедовых, лихих парней, которые сами горят во всех смыслах, и другим не дают от скуки коченеть. Понятно, что такая опция как талант в данном случае непременно должна присутствовать.

Оттого Есенин с почтением воспринимался, пусть он и «московский озорной гуляка». Высоцкий, опять-таки, настырно на кладбище сам себя тащивший, но хрипло оравший сокровенное, остался в памяти народной. Горемыка Стрельцов, так не к месту засунувший свой талант на нары, тоже не забыт.

Марадона где-то из такого ряда ярких личностей, так он еще и жив, куражиться продолжает. На ЧМ-2018 в России этот, уже куда как взрослый мальчик, так размашисто чудил, что чуть из VIP-ложи не вываливался. И никакой потери для имиджа. Тот у него неразменный, что талер из сказки.

Потому как, фантастический игрок! Много было, есть и будет великих футболистов – это верно. Но Марадона – один. Не подменить его и не подделать.

Собственно, футбольная любовь, как и любовь в более широком смысле – штука мистическая, не самая материальная и объяснимая в мире. В ней ведь так – нравится или не нравится. А если нравится, то навсегда. И этого аргумента больше, чем достаточно.

Загрузка...
Новости